Я только слышал о нем, но не видел его. По моей просьбе, я получил о нем два письма. И переписываю их.
«Константин Иванович Баранов родился 11 мая старого стиля 1882 года в зажиточной семье торговца. Родители, в особенности мать, были люди религиозные: помогали бедным; принимали странников; юродивых чтили; давали приют и полное содержание монахиням-сборщицам. С самого дня рождения Константин был слабым и хилым ребенком: перенес почти все болезни детского возраста.
Достигнув восьми лет, он в опасной форме был поражен дифтеритом. Пригласили двух лучших врачей города, и через несколько дней лечения они, уходя перед вечером, сказали матери: «Все, что дала наша наука, мы использовали, но безполезно; не плачьте: ребенок в нынешнюю ночь должен умереть». Ребенок был уже безгласен и без чувств. Мать была в отчаянии. И вдруг ей пришла мысль: пошлю телеграмму батюшке отцу Иоанну Кронштадтскому, с просьбой помолиться об исцелении больного! Немедленно телеграмму отправили. Часов в одиннадцать — в половине двенадцатого ночи она должна была быть передана адресату.
От пережитых волнений мать, сидя у ног умиравшего ребенка, задремала. Внезапно, от крика больного, она проснулась и видит, что он приподнялся и говорит:
— Мамочка, мамочка! Я здоров!
Взглянув на висевшие в комнате стенные часы, она заметила: было около половины двенадцатого. Слезы искренней благодарности великому молитвеннику полились из ее глаз.
Конечно, и на самого ребенка это чудесное исцеление оказало большое влияние: после он часами простаивал на молитве, а поступив в Образцовую школу при духовной семинарии, не пропускал ни одной службы в этой семинарии.
После школы Константин поступил в «Окружное» училище (сокращенное среднее), из которого за неуспешность вскоре был исключен, и отец взял его к себе для обучения торговле. И там он оставался тем же религиозно настроенным мальчиком: продолжал длительные молитвы дома и ходил в храм. В 1899 году, когда ему минуло семнадцать лет, отец умер. И Константину вместе с матерью пришлось вступить в самостоятельное руководство довольно крупным торговым предприятием. «Шум житейских предприятий рассеял прежние мечты», - как говорит поэзия; началась жизнь человека с деньгами в кармане, с ее развлечениями и ошибками, всякого рода излишествами и удовольствиями.
Но несмотря на все это, побывать в храме под праздники и в праздники - оставалось святою обязанностью.
